Кто-то сказал, что противоречия — признак развития. Якобы ты без конца исследуешь, фильтруешь, принимаешь и отвергаешь разные жизненные опыты, и «стыки» этих этапов выливаются в те самые противоречия. Другие уважаемые люди говорят, что все просто понятно и однозначно, что нет никаких двусмысленных категорий, все это от лукавого и вообще зрелому человеку странно чему-то удивляться и совершать какие-то открытия смыслов. Не знаю, что из этого ближе к правде, но со страхом история противоречивая.

Страх бывает очень разным: ты можешь «приссыкивать» совершить какой-то поступок, проявить себя или быть непохожим на остальных, можешь бояться быть «нормальным» — как все, ведь не ты один такой умный, а можешь испытывать ту форму страха, о которой я хочу поговорить.

Это страх не соответствовать своим собственным представлениям о себе.

Мотивирует? — меня да. Может быть это и страхом называть неправильно, потому что ты не боишься в смысле «забиться в угол», ты скорее боишься оскорбить что-то высшее в его лучших чувствах. Каждый твой поступок начинает соизмеряться с идеалами, у которых нет внешнего выражения.

О чем думает человек, чего он боится? Если не говорить о жизни в рамках выживания, где находится подавляющее большинство сограждан, что это за страхи? Страх не соответствовать чьим-то представлениям о тебе, страх быть не принятым, не понятым — для больший интеллигентов. Страх оказаться на обочине жизни: забытым, забитым, бедным и угнетенным. Страх жить без любви — но ведь любовь в тебе. Страх ничего не реализовать и остаться посредственностью: серым, средним, не примечательным, не выдающимся, но разве не к этому стремиться так много людей? Попробуй присмотреться на действия человека, потому что его намерения — пустые слова. Страх подвести, не выполнить, облажаться — прекрасное качество, ты можешь думать об этом в своей клетке с многоярусной кроватью, потому что похоже ты реализуешь чужие мечты и цели. Может быть это потому, что у тебя нет собственных? Страх болезни, старости и смерти — люблю их, за конструктивность. Это один из немногих страхов, который как ни странно крайне созидателен, если относиться к нему правильно. Мы все умрем, в смысле каждый, и это — нормально.

Как же ты? Не двигает ли тебя страх остаться собой? Есть ли внутренняя планка, которая с каждым днем поднимается на новую отметку? Внутренняя метрическая система духа. Смогу ли я? Хватит ли меня на это? Какой я? — вопросы, которые некоторые из нас разучились себе задавать. Вы скажете «амбиции», я скажу «уровень».

Помню как в детстве отец говорил мне «если в школе вам говорят, что эти задания можно делать по желанию или делать не обязательно — для тебя это всегда обязательно». Тогда я не очень понимал, но и тогда чувствовал какую-то необычную форму гордости за то, что я был как бы чуть-чуть впереди, чуть-чуть выше, чуть-чуть больше всего этого. В восемь лет у меня были принципы.

Внутренний путеводитель, система правил «дорожного движения» для собственного духа и страх — нарушить их, страх не соответствовать тем внутренним идеалам, которые формировались ценой жертв и жизней людей, приходивших в твою жизнь. Нарушить их, не дотянуть, не смочь — значит предать их, в секунду обесценить жизни тех прекрасных людей, которые отдавали себя целиком, чтобы ты жил, чтобы ты был, чтобы ты имел возможность становиться тем, кем ты становишься с каждым следующим шагом. У многих людей есть возможность сделать шаг назад, но по многим вопросам — у тебя ее нет. Просто некуда шагать. И ты делаешь каждый следующий шаг, принимаешь каждое следующее решение так, чтобы соответствовать.

Один замечательный человек говорил, что цель должна быть большой и красивой, такой чтобы Эххххх! И я верю ему, и я соглашаюсь с ним. Должно быть, чтобы трещало по швам, чтобы громом гремело, чтобы на клочья сердце рвалось, а глаза горели пламенем, потому что это жизнь, твоя жизнь. И кому ты врешь, кого пытаешься обмануть, для кого все твои отговорки и поблажки?

Иногда я почти чувствую свое внутреннее Я и тех, кто так много отдал, чтобы показать мне мир. Я боюсь подвести это внутреннее чутье, дух, который живет внутри, чтобы реализоваться в теле. Каждый день произрастать в духе — это благородная задача, у которой нет конца, потому что все течет и изменяется, и не самое хитрое дело — придать этому развитию направление.

Ты можешь идти за толпой или против, за чьими-то красивыми идеями или против них. Ты можешь соответствовать чьим-то мнениям или нарушать все правила. Но внутри тебя что-то живет, и оно разговаривает с тобой каждую минуту, каждую минуту оценивает выборы которые ты делаешь. Должно быть очень сложно жить, не соответствуя уровню собственного духа. Должно быть жизнь кажется совершенно никчемной, когда вместо произрастания в духе и страхе оскорбить его, ты оправдываешься, юлишь и пытаешься сделаться невидимым для собственного Я.

Наше внутреннее содержание во многом определяется нашими идеалами. Как здорово, когда эти идеалы пропитаны любовью и энергией созидания. Как здорово, когда в сердце мы несем память о тех подвигах, которые другие люди совершили, чтобы мы жили, были, и имели возможность строить что-то новое. Как здорово, когда наши поступки определяются не вложенными суммами резаной бумаги, а тем, что и миру этому не принадлежит.

И как страшно оскорбить и оплевать это своей слабостью, ничтожностью и безволием, ведь кроме этого у нас ничего и нет.