Вокруг много пустых людей, и я ищу уединения. Иногда это важно, и с течением времени ты поражаешься тому, насколько важно мыслить вне рамок и насколько это бывает сложным. «Мыслить вне рамок» — такая расхожая мысль, что это почти моветон. На самом же деле, все об этом говорят — и пожалуй почти никто не умеет. Мне встречалось не так много подобных людей.

Иногда мне страшно, когда я встречаюсь с этими пустыми взглядами. Казалось бы, вот он человек — живет, дышит, функционирует. Дома его ждет любимый человек, иногда — дети. Он чем-то занят, он прожил уже много лет. Заглядываешь в глаза, а за ними — пусто. Иногда там сложно разглядеть даже травмы прошлого и какую-то по детски умилительную инфантильность. Такая пустота — холодная. В ней стынет сама жизнь, и вот, ты уже не понимаешь, чем человек жил столько лет, что освещало путь его жизни и согревало сердце.

Я романтик, и я уверен, что все в мире сделано ими. Невозможно бесконечно биться в стену ограничений, чтобы стена пала, если внутри тебя ничего не горит. Наполнить пустоту смыслом, заставить пустые сосуды наливаться новыми составами — идея, стремящаяся к помешательству. Организация пространства и материи перестает быть действием, и ты сливаешься с ними, чтобы твое дыхание не обрывалось. Делать что-то из ничего.

Когда ты полон мыслей и мечтаний, многие люди думают, что ты не прочно стоишь на земле. Кто-то полагает, что это ранимые люди, которые не способны мыслить и жить в рамках заданных систем координат. Такие ошибки иногда стоят дорого. Только человек, ревностно стремящийся, способен выдерживать испытания времени. И да, верно — не все они живут в привычных системах координат — они рисуют собственные. Мечта о новом мире, о переменах, мечты о высших порядках вещей никак не мешают тебе спускать на головы слушателей бетонных холод сухих цифр. Простота — один из базовых принципов, которые освещал еще Марк Аврелий, и в ней часто скрыта высшая форма акта творения. Мне бывает поразительно, как люди способны путать такие близкие, но такие далекие вещи. Как будто человек не способен отличить стекло от капли дождя, бегущей по его поверхности.

Оглянись вокруг, что ты видишь? Что тебя окружает? Кто люди, которые тянутся к океану твоих мыслей и регулярно сливают в него что-то свое? Бывает по-разному. Пустота часто привлекательна своей чистотой, простотой, своей незамысловатой небрежностью и легкостью, которая позволяет тебе дышать без дополнительного усилия. Созидание не теплится в твоей душе, и ты не чувствуешь потребности организовать пространство, материю, время. Ты никогда не выйдешь за рамки собственных ограничений, потому что ты об этом даже не думаешь. Твоя жизнь — набор пустот, ароматизаторы, которыми наполнены твои дни, чтобы ты мог отличать один от другого. Твою душу не терзают мысли о прошлом и будущем, а твой взгляд не пытается обогнать непрестанно расширяющееся космическое пространство, чтобы увидеть — что там, за ним.

Пустота духа нарушает целостность скелета души, душа болезненно накренившись изменяет течение мысли. И вот, за твоим пустым взглядом уже ничего не видно. Ты безвольно заходишь в колесо и бежишь, потому что надо бежать. У тебя нет ни сил, ни воли, ни собственного смысла. Пустота заставляет тебя наполняться чужими смыслами, и для этого существуют огромные индустрии. Мода, сериалы, новости, иногда даже политика — чем не пища для ума. Не уверен, что «духовный фаст фуд» — подходящее название, это даже не фаст фуд, это просто какой-то дешевый заменитель. Слово «заменитель» намного глубже, потому что отражает что-то такое, что дают когда нет оригинала. Дают лукаво, потому что если «оно такое же», то откуда дефицит оригинального продукта. А дефицит есть.

Ты можешь найти сто слов, чтобы объяснить кто ты, но тебя вводит в леденящий ступор вопрос «какой ты». Куда ты идешь? Откуда ты пришел? Сколько в действительности на небе лун? Как работает мысль, о чем поет ветер? Люди смеются, когда ты указываешь им на эти вопросы, а потом открыв рот они задают глупые вопросы о том, как сделать одно или другое, как у тебя получилось то или это. Я знаю, что это невозможно донести, иногда мне кажется, что с этим рождаются или нет. Но это ведь так очевидно, это так просто — все маленькое рождается из большого, а большое из маленького. Если ты не наблюдаешь за движениями галактики, если вся мощь мироздания не помогает тебе в твоем созидательном порыве — то все, что ты делаешь похоже на акт мастурбации в самых жалких своих проявлениях.

Твоя жизнь ничего не рождает, потому что духовная пустота не способна родить новое. Тебе повезло если ты женщина, если ты способна родить новую жизнь — это дар, который многое прощает. Я слышал мысль и мне понравилось «Конечно этот мир принадлежит женщинам, но правда в том, что мужчина не должен принадлежать этому миру». И это красиво, это много, от этого на небе загораются звезды. Правда — она не может быть не красивой, она всегда изящна. Если духом ты на земле, то где источник твоих мыслей?

Пустота выматывает, и ты ищешь уединения. В далеком детстве я читал сказки Андерсена, и в моей памяти сохранилась воображаемая картина. Я видел как улыбчивый старик сидит в доме у камина среди заснеженных гор, а вокруг него маленькие детишки — внуки, и он рассказывает им сказки, которые сам сочинил для них. Это очень теплая картина, которая много лет согревала мою душу в самые холодные ночи. С годами она дополнялась, и я видел как старик в рубашке и жилетке сидит за дубовым столом, рядом горит камин, и, окуная перо в чернила, он работает над чем-то. Возможно он изобретатель, писатель — не так важно. Он созидает, творит, а его мысль и дух парят высоко в небе, простираясь за моря и океаны, за далекие звезды, чтобы принести в мир что-то новое и красивое, чтобы совершить свое главное предназначение, уподобившись Богу через акт созидания.

Пустота выматывает, и ты ищешь уединения, потому что иногда тяжело сохранить духовную связь со звездой в небе, которая вела тебя через жизненные невзгоды. Она вела тебя через необъяснимые вещи и события, потому что только она видела — куда ты идешь, и где конечная цель твоего путешествия. Пустота отягощает, и чем больше смыслов вокруг тебя, чем больше людей несет внутреннее тепло — тем легче раздувать пламя жизни, наполняя содержанием форму, придавая очертания пространству.

Я не знаю, хотя догадываюсь, чем живут другие люди, да мне и не очень интересно. Мир дает миллионы возможностей и шансов, и ты никогда не знаешь точку, в которой это оборвется. Как можно тратить эти возможности на крысиные бега в бетонных коробках. Мне кажется, что возможность создавать, возможность наполнять смыслом, вдыхать жизнь — вероятно самый ценный дар, данный человеку. И не так важен иногда размах такого акта созидания, не так важна его прикладная сторона или польза. Это ситуация, в которой процесс, само действие, важнее результата, как ни странно.

Не использовать этот дар, разжигая из искры творческого начала, пламя созидания — значит ли это, не быть в полном смысле Человеком?